В четверг городские школы превратились в гудящий улей – выпускники сдавали государственный экзамен по русскому языку. Это один из двух основных и обязательных экзаменов, от успешной сдачи которого зависит, получит ли ученик свой аттестат или нет. Корреспонденты «НР» не пропустили это событие и заглянули в школу №22.  

Не было еще и девяти часов утра, а ребята уже толпились возле школы. Сам экзамен начинается в десять, но к этому моменту все уже должны сидеть в аудиториях в полной боевой готовности. Были, конечно, и такие, которые медленно подтягивались к половине десятого, размеренно, словно ничего не происходит.

– Такое ощущение, что мы пришли на пробный экзамен, совершенно никакого волнения, – призналась Лера БАБАЙ из МТЛ. Ее поддержали одноклассницы. – У нас гуманитарный класс, поэтому мы больше боимся сдавать алгебру, а сегодня в своих силах уверены.

Оказалось, что с самого утра на нервах… родители. Кто-то пьет валерьянку, кто-то молитвы напутственные читает. В таком же нервозном состоянии, как мне показалось, были и учителя, которые привели своих подопечных на экзамен. По закону на территории одного пункта приема экзамена (ППЭ) не могут находиться ученик и учитель из одной и той же школы, особенно в одной аудитории. А вот провожать до двери класса, ждать и волноваться – пожалуйста.

Вход в школу напоминал паспортно-визовый контроль на таможне. Входить можно было только с паспортом в развернутом виде, все пакеты и сумочки передавались в надежные руки уполномоченного от школы. А мобильные телефоны складывались в коробку, запаковывались в пакет вместе с запиской – чей это телефон.

Лишились своих сумок и телефонов и корреспонденты «НР», у которых также проверили паспорта и документы общественных наблюдателей.

– У вас есть всего пятнадцать минут, чтобы сфотографировать детей, – обратилась к нашему фотокору Антонина ШАРАЯ, координатор ППЭ. – Без пяти минут десять вы должны спуститься с камерой вниз и больше наверх не подниматься, так как в десять вскроют пакеты с контрольно-измерительными материалами. 

Нас, честно говоря, поразила такая строгость. Мы вспомнили, как еще несколько лет назад во время экзамена мы брали со стола учителя небольшой белый прямоугольный лист бумаги с заданием. Теперь – все по-другому.

На этажах, где проходили экзамены, сидели так называемые коридорные, которые должны были при необходимости заменить одного из двух педагогов в классе либо провести ребенка к медику или в туалет. Также в коридорах стояли общественные наблюдатели.

– Ой, что-то мне нехорошо, – услышала я стон одной из выпускниц. – Страшно как!

– Да уж, мне русский вообще с детства не давался, – «приободрил» ее парень.

ЕГЭ, как оказалось, не просто экзамен, а очень сложный процесс, каждое движение и учеников, и учителей, и всех присутствующих строго регламентировано. Схема действий прописана на все случаи жизни.

Один парень перепутал свой паспорт с паспортом брата – одинаковые обложки! А так как организаторы не только проверяют наличие паспорта, но и фотографию, фамилию и год рождения, то ошибку обнаружили очень быстро.

Пока классный руководитель везла паспорт, уполномоченный от школы подтвердил личность ребенка, о чем записали в спецбланке. Вопрос решаемый, но выпускника, признались учителя, колотит на нервной почве. Другой по этой же причине допустил сразу две ошибки в своей фамилии.

– Это не проблема, можно аккуратно исправить, – объяснила Галина ЧАДНАЯ, руководитель ППЭ в школе №22. – Ученик может даже исправить свой же ответ, если сам обнаружил у себя ошибку. Причем подобные помарки на количество баллов влиять не будут.

Вообще, продолжила Галина Петровна, экзаменуемые могут потребовать заменить бланки ответов. Но только до того, как они начали их заполнять, и только при наличии типографских дефектов. 

Журналист в роли общественного наблюдателя из коридора смогла заглянуть в открытую дверь аудитории, где ребята уже начали отвечать на экзаменационные вопросы. Тишина, все дети как на ладони, по рядам постоянно курсируют два педагога. Как можно списать? Мне кажется, это из разряда фантастики.

– Я тоже так считаю, – согласилась со мной Антонина Шарая. – В этом году очень серьезно защищены госзнаками и сами бланки для сдачи ЕГЭ. Если вдруг ученик его сфотографирует и выложит в сеть, уже через полчаса станет известно, где это сделано. Ведь все бланки – номерные.  

Видя, как ребята почесывают лоб и откровенно нервничают, я вспомнила группу особенно спокойных девчонок и мальчишек.

– Я думаю, что все это детская бравада, – считает Галина Чадная. – Бывают случаи, когда от нервного напряжения у детей начинает болеть голова или происходит расстройство желудка. На этот случай в пункте приема экзамена всегда дежурит медик. Но серьезных случаев, из-за которых приходилось бы прерывать экзамен, лично в моей практике не было.

Все время, пока шел экзамен, в коридорах и аудиториях была тишина, наблюдатели и организаторы ходили на цыпочках. Так, словно боялись сбить интеллектуальный настрой своих подопечных. Ведь настрой – половина дела.

Результаты ЕГЭ по русскому языку будут известны еще не скоро, но хочется верить, что высоких баллов будет много. И выпускники смогут попасть в те вузы, о которых они мечтают.

Марина КРАСНОКУТСКАЯ,

Анатолий ПОЗДНЯКОВ (фото).